Ольга Брюс

й такой новостью Егор. – Спортивная школа – это здорово. Я бы сам туда ходил. И пацанам нашим было бы чем заняться. Один Николай стоял хмурый. Он слушал гостей и не мог понять, что его настораживает. Всё вроде правильно и складно: базы отдыха, рабочие места, площадка, школа, но что-то скребло внутри. – Как-то вы быстро всё решили, – сказал он медленно. – А Василий Егорович знает об этом? Гости переглянулись. Главный улыбнулся, но улыбка вышла злой. – Вот как раз мы и приехали, чтобы обсудить с ним это, – сказал он. – Мы хотим, чтобы он тоже был в деле, потому что собираемся делать всё по-честному. – По-честному, – повторил Николай. – А если он не согласится? – Почему же не согласится? – удивился молодой. – Мы предлагаем выгодные условия. Он получит компенсацию. Достойную. Николай подумал о Василии Егоровиче, его упрямом характере, его любови к этой земле. Нет, старик не продаст ферму. – Ну-ну, – сказал Николай и, взяв вилы, направился в коровник. Пётр почесал затылок. – Что это с дядь Колей? – спросил Егор. – Вроде же хорошее дело предлагают. – Хорошее, – сплюнул Пётр. – Много ты понимаешь… – Так где нам найти Анисина? – снова поинтересовались гости. – В деревню езжайте, дома он, – махнул рукой Егор и объяснил, как они могут найти старика. *** – Деда, там кто-то приехал, – сообщил ему Митька, прибежавший в дом со двора. Василий Егорович выглянул в окно и нахмурился, увидев три чёрных джипа. Новеньких, блестящих, с тонированными стёклами. – Поленька, – позвал старик. – Посмотри-ка, кто это? Полина вышла из кухни, вытирая руки о фартук, увидела машины и покачала головой. – Деда Вася, не ходи. Я сама. – Сиди, – отрезал он, поднимаясь. – Это ко мне. Я хозяин. Он вышел на крыльцо, опираясь на палку, и остановился, неприветливо глядя на незнакомцев. Мужчины подошли, остановились в двух шагах. Один из них вежливо улыбнулся. – Василий Егорович Анисин? – спросил он. – У нас к вам есть разговор. – Ну, раз есть, говорите, – ответил старик, не двигаясь с места.

ам наверху задумали. Может, проверяют, как зараза распространяется. Может, готовятся к чему-то. А мы тут сидим и думаем, что это случайность. – Да ну, бред, – сказал Егор, молодой парень, недавно из армии. – Какое оружие? Кому ваши коровы нужны? Развели тут теорию мирового заговора в масштабе деревни. Пётр медленно повернулся к нему. Посмотрел долгим, тяжёлым взглядом. – Молод ещё, – сказал он тихо. – Поживи с наше. Тогда поймёшь. – А что понимать? – Егор усмехнулся. – Ну, бруцеллёз. Ну, сибирская язва. Всякое бывает. Скотомогильники дожди подмыли, люди антисанитарию развели, ещё что-то. При чём тут оружие? – При том, – ответил Пётр. – Что слишком складно всё. Слишком правильно. Очаги там, где нужно. Вспышки тогда, когда нужно, как по расписанию. Так в природе не бывает. – А как бывает? – не унимался Егор. – А по-разному, – Пётр докурил и, бросив окурок под ноги, раздавил его, втоптав в землю. – Что люди массово умирают, что коровы табунами дохнут. Деревни даже целые вымирают, и никто не знает почему. А потом приезжают люди в костюмах и говорят: «Так и должно быть. Это природа». И все верят, потому что не хотят думать. А те, кто думает, молчат. – Пётр, ты пугаешь, – сказал Николай тихо. – Я не пугаю, – ответил Пётр. – Я предупреждаю. Смотрите, что вокруг делается: земли богатеи скупают, хозяйства разоряют, деревни разваливают. А потом что? Что будет, когда весь скот передохнет? Что мы есть будем? А дети наши? Егор усмехнулся: – Ну, дядь Петь, тебя бы на бронетранспортёр, революцию начинать… – Ладно, – поддержал его Николай. – Хватит трепаться. Работать надо. Коровы ждут. Они работали ещё с полчаса, пока не услышали шум моторов. Николай обернулся и замер. К ферме подъезжали три новеньких джипа. Чёрные, блестящие, с тонированными стёклами. Такие машины раньше здесь никогда не появлялись. – Гляньте-ка, – воскликнул Егор. – Никак гости к нам? – Это чьи такие? – проговорил задумчиво Пётр, вытирая руки о штаны. – Ненашенские. В наших краях таких зверюг отродясь не было. – Может, из района кто? – предположил Егор. – Начальство поди какое… – Наше начальство на «Нивах» ездит, – усмехнулся Николай. – А это джипы дорогущие. Такие машины у простых смертных не водятся. – Может, из города? – не унимался Егор. – По делам? – По каким делам? – Пётр почесал бороду. – У нас дел-то никаких нет. Ферма, коровы, земля. Кому мы нужны? – Вот и я думаю, – согласился Николай, хмурясь. – Странно это. Неспроста они сюда едут. Машины тем временем подъехали к ферме и остановились. Моторы стихли. Дверцы первой машины открылись, и оттуда вышли трое мужчин в дорогих костюмах, при галстуках, в начищенных туфлях. Они огляделись, поморщились от запаха навоза и направились к мужикам. – Здравствуйте, – сказал старший из них, оглядывая внимательным взглядом стоявших перед ним работяг. – Нам бы хозяина фермы. Василия Егоровича Анисина. Где мы можем его найти? Мужики переглянулись. Пётр вытер руки о штаны и вышел вперёд. – А зачем вам Анисин? – спросил он настороженно. – У нас к нему деловое предложение, – ответил второй мужчина, помоложе, с гладким лицом и холодной улыбкой на тонких губах. – Очень выгодное. Для всех. – Для всех? – Егор усмехнулся. – Это как же? Третий мужчина подмигнул почему-то Егору. – Скоро вы эту местность не узнаете, – сказал он. – Здесь будут построены современные базы отдыха. Элитные. С охотничьими угодьями, банями и ресторанами. Появится много рабочих мест. Все деревенские жители будут заняты делом. Кто-то будет обслуживать гостей, кто-то работать на кухне, кто-то проводить экскурсии. Зарплаты – достойные, работа не пыльная. Не то, что сейчас. – О местных мы тоже позаботимся, – добавил первый. – В центре построим магазин, детскую площадку и спортивную школу, чтобы дети росли здоровыми и счастливыми, а деревня жила, а не умирала. Мужики заулыбались. Пётр почесал бороду и кивнул. – Это дело! – сказал он. – Наконец-то кто-то о нас вспомнил. А то совсем заглохло всё. Молодёжь уезжает, работы нет, одна тоска. – Вот именно, – подхватил обрадованны